Удивительное соревнование

Это было самое странное соревнование, в котором я когда-либо принимал участие. Оно было таким необычным, что это вполне мог быть и сон. Умопомрачительно лазурное небо казалось не совсем реальным. Кое-где по нему были разбросаны бархатные полупрозрачные облака (они не затеняли солнце, оно просвечивало сквозь них лимонным светом). Шелковистая зеленая трава служила для приземления, а белый и твердый, словно слоновая кость, бетон — для взлета. Вокруг росли большие деревья, которые создавали густую тень для людей, сидящих под ними и наблюдающих за полетами. Сэндвичи. Прохладный оранжад.

Разбросанные то тут, то там, по этой немножко наклонной лужайке, стояли аэропланы. Их было около двадцати, некоторые из них находились в тени деревьев. Большинство из них были двухместными самолетами с высокими крыльями.

Я сидел на поляне под крылом своего Каба, наблюдая эту необычную панораму. Я как раз смотрел, как приземляется чья-то Цессна, когда возле меня остановился этот парень. Он тоже следил за посадкой Цессны, а затем сказал:

— У вас, я вижу, прекрасный Каб. Вы будете принимать участие в Испытании?

Как и всякий, кто считает, что принадлежит к числу самых искусных летчиков в мире, я легко становлюсь жертвой соревнований. Мне показалось, что Испытание тоже является каким-то соревнованием, хотя я никогда раньше не слышал, чтобы это слово использовалось в таком смысле.

— Конечно, — ответил я.

— Я рад, что вы согласились, — сказал он и записал в свой блокнот номер моего самолета. Он не спросил моего имени.

— У вас двигатель на шестьдесят пять лошадок? — поинтересовался он.

— На восемьдесят пять.

— Высота винта?

Довольно странный вопрос.

— Высота винта? Зачем она вам?.. Семь футов, кажется.

Он покачал головой и достал мерную ленту.

— Как вы относитесь к пилотам, которые решают участвовать в Испытании и даже не знают высоту винта своего самолета?

Он подошел к носу Каба.

— Надеюсь, вы будете не против, если я измерю.

— Ничуть. Я сам хотел бы узнать.

Мерная лента зашуршала, разматываясь, а затем аккуратно растянулась в руках парня от верхнего до нижнего кончиков винта.

— Девять футов и четыре с четвертью дюйма, — сказал он и записал это число у себя в блокноте. — Нам нужен также коэффициент.

— Коэффициент?

— Технический показатель. Отношение нагрузки крыла к тяге двигателя. Скажите, это первое Испытание, в котором вы участвуете? — Он, кажется, был удивлен.

— Когда речь идет о соревнованиях, где нужно знать высоту винта и показатели, я вынужден признать, что первое.

— О! Тогда извините меня! Добро пожаловать к нам! Надеюсь, вам понравится. — Он стал листать какую-то связку бумаг. — Давайте посмотрим. Рид Клип-Уинг Каб, восемьдесят пять лошадиных сил… а вот и то, что нам нужно. Нагрузка крыла — восемь и пять, тяга двигателя четырнадцать и три. Ваш коэффициент равен один и семь. — Он записал это в своем блокноте. — Но не думайте об этом, — сказал он и улыбнулся. — Ваше дело — просто летать.



Первым идет Клин. Советую заранее разогреть двигатель. Желаю успеха. Он вручил мне тоненький буклет и ушел со своим блокнотом к целиком белому Тейлоркрафту, стоящему возле покрывала, расстеленного на траве на противоположной стороне поляны. На покрывале вокруг корзинки с едой сидели люди.

Заглавие буклета было аккуратно отпечатано темно синим цветом, словно приглашение к обеду.


8238229265530418.html
8238267296003497.html
    PR.RU™